Алла обожала свою маленькую красную машинку. Для неё это был не просто транспорт, а личный трон на колёсах: уют, свобода и радио, которое играет то, что нравится ей, а не соседям по маршрутке.
Но однажды в её королевство ворвалась Виктория — бухгалтер с идеальной причёской и коллекцией шарфов, которые стоили дороже, чем Аллин кредитный платёж.
— Аллочка, подвези! — сказала она в первый дождливый вечер. — У меня новые сапоги, они не выдержат трагедии общественного транспорта.
С этого момента Виктория превратилась в «вечного пассажира». Каждое утро она ждала Аллу у остановки, как королева, ожидающая карету. Вечером садилась в салон и начинала дирижировать:
— Убавь музыку, эта попса меня раздражает.
— Заедь в торговый центр, мне срочно нужен творог.
— Машину бы помыть, а то сидеть неприятно.
Алла терпела. Ведь «не в деньгах счастье» и «товарища выручай» — так учили её с детства. Но терпение, как бензобак, имеет предел.
Однажды Виктория снова плюхнулась на сиденье и бодро скомандовала:
— Ну что, трогай, шеф!
Алла не завела мотор.
— Вик, я считаю, что справедливо делить расходы. Тысяча в месяц — символически.
— Ты серьёзно? — ледяным голосом спросила Виктория. — Ты всё равно едешь! Машина твоя — заботы твои. Я тут вообще ни при чём.
Алла улыбнулась.
— Отлично. Тогда выходи.
— Там дождь! — возмутилась Виктория.
— А это не мои заботы, — спокойно ответила Алла.
Виктория хлопнула дверью и пошла по лужам, а её замшевые сапоги превратились в губки для воды.
На следующий день офис гудел: «Алла жадная, выгнала подругу под дождь!» Виктория разыгрывала драму века. Но Алла сидела спокойно. Её маленькая красная машинка снова стала троном свободы — без придворных пассажиров.
Ирония в том, что тысяча рублей не сделала бы её богаче. Но сделала её хозяйкой собственной жизни.
«Доброта — это не такси с бесплатным тарифом. Уважение — вот настоящая плата за поездку»?
