Вроде как странный и даже немного нас пугающий обычай Но тут все довольно интересно. И логично, если хорошо разобраться. Итак, рассказываю по порядку зачем чукчи на самом деле обменивались своими «нэвъэн» — женами.
Групповой брак
Еще тысячи лет назад предки чукчей практиковали так называемый групповой брак — «нэвтумгыт». Слово это можно перевести на русский язык просто как «товарищество по жене». Проще говоря, несколько мужиков договаривались:
Твоя жена — моя жена. Будем обмениваться!
Такой хитрый договор оформлялся почти ритуально, в присутствии старейшин да шаманов. С торжественным помазанием кровью и жертвоприношением птицы или тюленя. Мужчины, что участвовали в обмене, отныне становились «нгэвтумгыты» — «товарищами по жене». И просто лучшими друзьями не разлей вода. Такие вот суровые северные свингеры 
Кстати, важными условиями для «нэвтумгыт» был примерно равный возраст мужей, отсутствие меж ними близкородственных связей. А также жизнь на разных стойбищах. Родные братья, мужчины одного стойбища и разных поколений никак по заветам предков не могли вступать в такую интересную связь. Ниже прочитаете, сами поймете, почему именно такие условия выкатывались.
Менялись чукчи женами, оставляя супружниц в стойбище «товарища по жене». И забирая ее оттуда спустя несколько месяцев. Все дети той женщины, рожденные в «товариществе по жене» от разных мужей, считались родными братьями и сестрами. Хотя не наследовали общее имущество. При этом, чукчи не знали ни грамма ревности в этом вопросе — отказ обменяться женами с хорошим другом мог быть расценен как оскорбление.
— В таких групповых браках могло состоять иной раз по десяток супружеских пар, во главе стоял самый опытный и авторитетный «товарищ по жене», — делился этнограф Владимир Богораз. — Чукчи обоего пола вообще не знали такого емкого европейского понятия как «целомудрие» — воздержания до свадьбы и обязательства верности своим супругам.
Зачем меняться женами?
Но зачем нужен был обмен женами? Во-первых помогал получить больше детей — в условиях извечного дефицита слабого пола. Во вторых, укреплял дружбу и взаимопомощь, столько важные в суровых климатических условиях Чукотки. Ведь отныне, если кто-то из «друзей по женам» попадал в беду, другой его новый родич обязан был немедля прийти на помощь, даже если жил очень далеко.
Арктический север — еще и очень маленькое редкое население оленеводов да рыбаков, где легко может случиться опасное кровосмешение. И потому чтоб разбавить кровь даму отдавали в аренду другу… Что уж поделать — каждая новая капля горячей свежей крови на малолюдном севере просто бесценна!
Такой обмен женами еще и позволял лучше сохранить род — если на твое стойбище напали и разорили воинственные враги, есть шанс, что твоя дама с детьми спасется в другом. Или же, убежав от врага, легче найдет новый приют. А ведь на Чукотке воевать ох как любили всего еще века полтора назад…
У жен чукчи обычно согласие на обмен спрашивали, — рассказывал профессор-этнограф Сергей Арутюнов. — Да и вообще очень часто чукотская леди сама себе подбирала на запас дополнительного мужа, что легко становился добрым другом основного супруга. Случалось, двое мужчин договаривались: заранее весной это лето ты проведёшь с моей женой, а я с твоей пока побуду. А зимой поменяемся.
Обмен женами нужен был и так как среди воинственных чукчей в условиях ледяного холода конца Ойкумены высока была мужская смертность. А так — вот готовый новый муж… И искать не надо.
Бывало, что у одного чукчи никак не беременела супруга. А остаться без детей на севере смерти подобно. Чукча жену такую другу подгонял:
На-ка Атч-ытагын, попробуй мою Тыныл, может с тобой у нее детки получатся наконец-то?
Ценность женщины на Чукотке
О ценности дамы на Чукотке говорит обычай левирата — вдову непременно забирал в жены брат ее покойного мужа. Непременно обязанный о племянниках заботиться, словно о родных детях.
Жена выступала еще и платежным эдаким средством. Если чукча задолжал соседу десяток оленей, то запросто мог откупиться, сдав супругу в аренду на пару месяцев, — вспоминал Сергей Арутюнов. — Были случаи, когда чукчи так совсем недавно за снегоходы расплачивались. Жену можно было и просто проиграть — например, в кости.
Знавали чукчи в старину и ритуальное похищение невест. Совсем как на Северном Кавказе. Но если парень воровал девушку то в знак примирения с ее родней обязан был сдать в стойбище похищенной кого-то из собственных молодых родственниц. В том числе, замужних. В качестве, скажем так, надежной компенсации.
Практиковали чукчи и обмен детьми для браков. Одно стойбище заранее выдавало или же клятвенно обещало другому девочку — в потенциального будущие невесты. В обмен получая от соседей мальчика — будущего жениха.
Допускали чукчи и браки с «белыми» — русскими поселенцами на Чукотке. Но только при условии, что русский жених пользуется среди чукчей огромным доверием, уважением, авторитетом. А после свадьбы вместе с молодой женой остается в ее стойбище.
Впрочем, случалось, чукчи в дерзких набегах через Берингов пролив захватывали пленниц — тех же эскимосок. У этих мадмазель с Аляски никто уже разрешения не спрашивал особо. А «отведать» же диковинной по местным меркам иностранной барышни желали многие друзья удачливого налетчика. Как тут откажешь-то?
Предложение жен гостям: поддержание крови и выживание народа
Чукчи также иногда предлагали своих жен, дочерей или сестер гостям из других племен или народов. Либо безвозмездно, иногда в обмен на мелкие нехитрые вещички. К примеру, украшения или просто табачок.
Тут главный мотив — тот же, что при обмене женами. Сдача супруги гостю на пару часов или на ночь помогала избежать кровосмешения и вырождения. Появление детей от прибывших издалека чужаков здорово разбавляло кровь общины, делая потомство в целом куда более здоровым.
Любопытно, что заслышав согласия гостя, хозяин семьи непременно покидал чум под благовидным предлогом. Например, отлучался якобы проверить оленей… А все, чтоб гостя и жену не смущать да наедине оставить.
Работавший на Чукотке уже в 1990-е годы мой знакомый геолог Иван Марченко так вспоминал предложение хозяина чума, который имел честь посетить:
Намекнул мне в упор: ну мол, Ваня не прочь ты со моей женой побаловаться немного, пока я отойду? Я ответил: прости, друг, но меня своя супруга законная в Якутске ждет, верность ей храню. Чукча так обиделся, словно бы я его по лицу кулаком ударил. И более уже со мной вообще почти не общался.
Впрочем, сегодня на Чукотке с практикой обмена жен активно борются местные активистки:
Женщина — не товар и не валюта!
На что чукотские старики спокойно отвечают:
Если обычай этот древний забудем, легко можем чукчами быть перестать. И вымрет наш народ маленький.
***
В общем, причиной обмена жен — древние непростые исторические, социальные и климатические условия суровой Чукотки. А также просто укрепление дружбы, желание быстрее расширить родственных связи и предотвратить вырождения собственного рода. В общем, вот так только и смог северный народ численностью всего в десять тысяч душ себя от исчезновения на краю света спасти…
